Советский разведчик - Русские в Дании - Эмигранты - Четверговые встречи в замке Иф

Как только директор и консул Еремеев узнали о нашем предстоящем отъезде, они сразу изменили к нам свое отношение и продемонстрировали теперь его совершенно открыто. Консул демонстративно прекратил всякое общение, а. Соколов не только заморозил с нами все «дипломатические» связи, но и предпринял ряд репрессивных мер, выразившихся в отказе снабжать нас бензином, продуктами и предоставлять в наше распоряжение кран, упаковочный материал, рабочих и т. п. Примеру консула последовали некоторые его «преданные» сотрудники. Жить в «замке Иф» стало неуютно. Все это было, конечно, грустно, но нисколечко меня не удивило — история взаимоотношений с «чистыми» соседями изобилует подобными примерами. Пока представители Службы находятся при исполнении своих обязанностей, с ними считаются, их уважают, но как только что-то происходит, отношение «чистых» круто меняется, они начинают вести себя довольно беспардонно и пользуются малейшим случаем, чтобы унизить коллегу, перед которым еще вчера трепетали и лебезили. Полагаю, что это нормальная реакция тех, кто неискренно вел себя в прошлом.

Пресмыкание требует мести пресмыкающегося к объекту пресмыкания. Как бы то ни было, наша подготовка к отплытию с архипелага продолжалась с поправкой на возникшие не по нашей вине трудности. Я мог бы отправить депешу в Центр и призвать к порядку директора с консулом, но решил не мелочиться и справиться с ситуацией своими силами. Тем более что рядом оказались много сочувствующих и желающих помочь.

Заезжие с материка люди пугали нас рассказами о том, что в стране полный хаос, развал и отсутствие товаров. Поэтому мы стали заблаговременно покупать в Лонгйербюене бензин и заполнять им соответствующие емкости. Он потребуется для перегона машин из Мурманска в Москву. Часть бензина приобрели в Баренцбурге, несмотря на запрет директора.

Упаковочный материал добыли без ведома Соколова, благодаря своим личным связям. Аналогично организовали снаряжение и погрузку катера на лафет. Одним словом, мы уверенно смотрели в будущее и держались как могли, приближая день отъезда. В апреле на Шпицберген прилетела королевская чета. В соответствии с традицией только что коронованный король Харальд в рамках так называемой эриксгаты, знакомился со своими подданными, и сюссельман Шпицбергена пригласил на устраиваемый по этому случаю прием несколько человек из Баренцбурга и Пирамиды. В числе приглашенных был и я с супругой, однако вылететь в Лонгйербюен мне было не суждено.