Советский разведчик - Русские в Дании - Эмигранты - Четверговые встречи в замке Иф

Миссия мадам Банкен с дочерью провалилась с треском — им даже не удалось повидать Изабелл, не говоря уж о том, чтобы как-то помочь ей бежать. Сразу по прибытии они попали под наблюдение турецкой полиции, потому что мистер Стритер был настоящим англичанином и был не менее упрям, чем его дражайшая дочка: он заподозрил, что ее хочет завербовать советская разведка, и обратился за помощью к турецким властям. Каждый, кто хотел связаться с Изабелл, автоматически попадал под подозрение. Мадам Банкен поспешила удалиться домой, оставив Сильвию бесполезно кружить вокруг дома, где жили Стритеры. Наконец в дело вмешались британские власти и, ссылаясь на совершеннолетие Изабелл, потребовали от отца вернуть в консульство ее старый паспорт и взамен выдали ей новый.

В ноябре 1930 года Агабеков получил из Стамбула долгожданную телеграмму: «Все хорошо. Счастлива. Изабелл.» Сильвию Банкен по настоянию самого перебежчика пришлось «снимать» с задания силком: она никак не могла примириться с тем, что освобождение к Изабелл пришло помимо ее вмешательства. Невеста приехала в Брюссель, молодые в присутствии мадам Банке и Сильвии сыграли свадьбу и начали новую жизнь, о которой они так долго мечтали. Довольны были и руководители СИС: Агабеков не обманул их надежд и снабдил обширной и впечатляющей информацией об операциях советской разведки на Ближнем и Среднем Востоке, где он успешно работал до своей измены.

Чувствительней всего были материалы о канале перехвата английской дипломатической почты в Иране, которым ИНО ОГПУ долгое время пользовался не без активного участия предателя. Агабеков был первым крупным работником советской разведки, перебежавшим на Запад, и в отношении него московский Центр задумал коварный план по его ликвидации. Смертный приговор по разным причинам привести в исполнение сразу не удалось, и Агабеков получил в подарок несколько лет жизни, которые он посвятил борьбе с Советами и разоблачению их «коварной подрывной деятельности». Попутно он ввязался в сомнительную, контролируемую ОГПУ операцию по вызволению из СССР семьи одного русского эмигранта, из-за чего он месяцами пропадал то в Болгарии, то в Румынии, то в Германии. Бельгийские власти, проведав об этом, выслали его в Германию, где у Агабекова к этому времени уже были налажены кое-какие связи в издательских кругах.

Англичане предложили ему стать их информатором, изнутри освещающим положение в Германии, на что Агабеков дал свое согласие. В 1937 году ОГПУ приступило к реализации второй попытки ликвидации предателя. К этому времени в Испании бушевала гражданская война. Агабеков на данный момент испытывал денежные затруднения, и Москва не преминула воспользоваться этим. Через подставных лиц перебежчика вовлекли в брюссельский филиал синдиката, занимавшегося сбытом за пределы Испании картин, статуй и других ценностей, захваченных в испанских дворцах, музеях и церквах. Синдикат был организован по заданию Сталина советскими спецслужбами и был призван компенсировать расходы Советского государства на оказание помощи республиканцам.