Советский разведчик - Русские в Дании - Эмигранты - Четверговые встречи в замке Иф

Расследование возглавил комитет, образованный из представителей обеих служб — МИ-5 и МИ-6. Они исповедывали в отношении Советского Союза крайне правые взгляды и получили неформальное название «младотурки». В своем рвении они заходили так далеко, что Роджеру Холлису приходилось их сдерживать, что, естественно, только увеличивало их подозрения. С приездом в Лондон «консультанта» Голицына подозрения «младотурков» превратились в идею фикс. Все провалы, которые имели место у английской разведки и контрразведки, «младотурки» списывали на Холлиса. Даже после отставки Холлиса в 1964 году расследование его просоветской деятельности продолжалось. Окончательной ясности на этот счет не существует и поныне.

Противостояние разведок — это форма борьбы, а в борьбе бывают потери, ошибки, издержки. Предательство — это цена за благодушие, самоуспокоенность и упущения в подборе и воспитании кадров. Но если взглянуть на вещи беспристрастно, по-философски, то следует признать, что без предателей не существовало бы и разведки. Мы считали и будем считать Кима Филби и его английских коллег по работе нашими идейными товарищами и верными союзниками, в то время как в СИС, где он много лет проработал, его считают предателем. И это естественно: пока будет деление на «своих» и «чужих», будут предатели и верные агенты.

И такое положение вещей вряд ли изменится в обозримом будущем. Заполярная резидентура Грумант угрюмый, прости! На родину нас отпусти! На тебе жить так страшно — Бойся смерти ежечасно. Из старинной поморской песни Путь на архипелаг длиною в пять лет Моцарт: Признаться, мой реквием меня тревожит.

Сальери: А ты сочиняешь реквием? Давно ли? А. С. Пушкин По возвращении из Швеции моя семейная лодка получила пробоину, в результате чего и служебная карьера на какое-то время была приостановлена. Во всех спецслужбах не приветствуются разводы с женой, и разведка КГБ не являлась в этом плане каким-то исключением. И хотя меня на «гражданку» не уволили, и удалось, что называется, остаться на плаву, рассчитывать на быстрое продвижение по служебной лестнице или на интересную работу за границей было уже трудно. Проработав несколько лет в одном и том же отделе нелегальной разведки, я начал уставать, понемногу тупеть и страшно скучать по настоящей оперативной работе, поэтому перевелся в другой, смежный отдел управления, но и там по прошествии нескольких лет стал «закисать» ввиду явного отсутствия перспектив выйти на передний фронт работы.