"Все было напрасно...ничего не было достигнуто кроме страданий и нищеты", такими словами Уиттекер Чемберс подвел итог своему свидетельствованию против Алгера Хисса. Может ли быть сказано тоже самое в отношении великого страха 1950х? Вся ярость, гнев, разве все это было лишь ради пустоты и боли?
Перед началом холодной войны, начальной миссией советских разведчиков в США было прослушивание и слежка за собраниями разведовательных служб по вопросам войны Японии и Германии. Но по традиции русских шпионских служб, чьи корни уходят во времена Петра I, советские разведчики в США делали все возможное, чтобы завладеть различного рода тайной информацией, научной, технической, военной и политической, при помощи американских агентов.
Они работали в условиях засекреченности, неведения и страха. США и СССР не распологали полным объемом информации друг о друге как до так и во время холодной войны. Центральное Разведывательное Управление, образованное в 1947, не открывало штаб-квартиру в Москве до начала 60х; директор ЦРУ того времени, Ричард Хелмс, шутя говорит, что в начале у ЦРУ не было досье на СССР. Досье на Россию было заведено в 1933, после того как президент Рузвельт выдал СССР дипломатическое признание и разрешение открыть посольства и консульства в США.
Там, где дипломатия, как правило развивается шпионаж. Расцвет советской разведки в Соединенных Штатах приходится на 1930е гг. и для для этого была масса причин. Американской контрразведки не существовало до событий в Перл-Харбор, и романтика американского коммунизма была особенно сильна в период подъема Гитлера и сталинской чистки. Количество подпольных организаций с разветвленной структурой увеличилось, но агенты были выведены на ложный путь тремя разведывательными формированиями - КГБ, ЦРУ и Коммунистической партией США, объединивших свои силы для достижения необходимого результата.
